Бывает, в обычный день происходят необычные истории. Такое нарочно и не придумаешь...
Весь день в суматохе. С утра борьба: влезть в переполненный транспорт, принять форму кегли и добраться до работы, оттрубить на благо отечества, потом тот же самый транспортный моцион, только обратно. Кроме того, надо заскочить проведать пожилых родителей, метнуться в супермаркет, купить продукты, дотащить сумки, приготовить ужин, заложить стирку, повозиться с мужем и детьми, а потом упасть замертво, чтобы утром снова возродиться из пепла. Нет, никто не жалуется, да и особого героизма в этом нет, так... описание одного обычного дня обычной женщины.
И вот в один из таких обычных дней я заскочила к своим старичкам узнать, как их житье-бытье. Родителям уже за семьдесят, и их дом напоминал скорее музей старины, чем квартиру. Сколько раз я говорила: давайте сделаем ремонт. Сколько раз сокрушалась из-за захламленного балкона, где банки-склянки соседствовали с ржавыми велосипедными цепями, сломанными удочками и пыльным аквариумом.
— Папа, когда ты все это разберешь?! — вопрошала я, так и не сумев за этим хламом протиснуться, чтобы взять баночку консервации.
— Доча, у меня порядок, — отец тушил мой гневный огонь мягким голосом.
— Порядок? — возмущалась я. — А это что? — вытащила из горы макулатуры свой синий горшок с надколотой эмалью. — Помнится я еще в него...
— Ну да, — засмеялся батя, — было дело...
— Так, а зачем он здесь? — удивлялась я.
— Как зачем? Я в него луковицы тюльпанов высажу и маме нашей подарю. Представляешь, еще зима, а у нас — тюльпаны.
— Папа, ты неисправим! — констатировала и умчалась к матери на кухню. Маман всегда пилила отца за страсть к «накопительству», но, говорят, супруги по прошествии многих лет становятся похожими друг на друга, вот и родительница переняла эту привычку. Моя комната напоминала продовольственный склад: сахар, крупы, макаронные изделия... Короче, все то, что не требовало заморозки.
— Мама, ты к концу света готовишься, что ли? Магазин же под боком.
— Зачем мне ваш магазин? — удивилась она. — У меня найдется все! Хотя нет, не все — спохватилась она. — Спички закончились! Сбегай, дочка, по-молодецки.
Я тяжело вздохнула и направилась в прихожую напяливать сапоги.
«Как дети малые, — думала я. — Есть же электрозажигалки, а они привыкли дедовским способом добывать огонь».
— Машка, ты в магазин? — отец вышел в коридор, услышав, как я собираюсь.
— Да, тебе что-то купить? Сигареты, мыло, веревку... — с иронией перечислила я. — Принимаю заказы до ста килограммов.
— Нет, — улыбнулся он. — Заскочи в ремонт часов, забери будильник.
— Ладно, — махнула я и вышла на улицу.
Пока шла, размышляла над тем, что с возрастом у людей происходят качественные изменения в мозгу. С ужасом думала, какие метаморфозы случатся со мной. Будильник?! Это же надо! Куда им спешить? Ведь ни работы, ни детей малых, которых в садик-школу нужно водить, ни таблетки по часам принимать, тьфу-тьфу — чтоб вы были здоровы! Думала, думала, и чуть не проскочила будку «Ремонт часов». Забрала будильник, приложила к уху, чтобы проверить исправность. Тик-так отдало в ухо.
— Громкие! — усмехнулась я и, положив «бомбу» в сумку, помчалась выполнять следующее родительское поручение.
В магазин заходить не стала. Так всегда бывает, например, заскочишь в супермаркет за хлебом, а потом в каком-то безумном потребительском припадке выходишь обвешанной гирляндой сосисок, в одной руке торт, в другой — отбеливатель для унитазов. Да и кошелек я забыла, и мобильный телефон. Выскочила, как говорит моя мама, «по-молодецки», зная, что в кармане всегда заваляется сотня- другая. В любом случае на спички хватит...
На горизонте маячил ларек печати. К нему-то я и направилась. Наклонившись к небольшому окошечку, громко спросила:
— Здравствуйте, спички есть?
Ну почему эти окошки, будь-то в кассах банков или регистратуре больниц, сделаны так, что человеку надо наклоняться в три погибели и орать во все горло.
— Закончились, — лаконично ответила монументальная круглолицая тетка.
— Вообще? — не отставала я, потому, что так не хотелось пилить в магазин.
— Есть зажигалки, — предложила она.
— Нет, мне спички нужны... — не буду же я ей рассказывать, что мои любимые «динозавры» любят по старинке зажигать газ. Она покрутилась, нырнула под стол и вынула оттуда огромный коробок.
— Только такие... Подойдет?
— Подойдет! — обрадовалась я.
С чувством выполненного дочернего долга я бодро зашагала в сторону дома. Это ничего, что у меня куранты в сумке, это ничего, что у меня коробка каминных спичек размером с маленькую бандерольку, главное — родители довольны. Видимо, приключения в этот обычный день не собирались заканчиваться.
На полпути к дому меня остановил седовласый дядька в очках с интеллигентным вопросом: «Огоньку не найдется?»
Я замешкалась, и не потому, что испугалась этой незатейливой просьбы, с которой начинается то ли знакомство, то ли фингал под глазом с последующим исчезновением кошелька и прочих ценных предметов. Дядька просто хотел прикурить и амурно-меркантильных целей не преследовал. А я, вспомнив, что у меня в сумке есть то, что ему нужно, улыбнулась и протянула увесистый коробок.
— Ничего себе дрова! — от души засмеялся прохожий, взглянул на меня с удивлением.
Смачно сделав первую затяжку, он передал мне спички и спросил:
— А не подскажете, который час?
И тут я не выдержала и захохотала, представив его реакцию. Вытянув «кремлевские куранты», сквозь смех ответила:
— Без пятнадцати три...
У ошалевшего мужика очки спали на нос, а губы свернулись в трубочку. Он с недоверием, переходящим в восхищение, посмотрел на меня:
— Боюсь еще что-то спрашивать.
У вас там, наверное, и кролик есть, как у фокусника, и разводной ключ на сорок? А я, цитируя свою маму, ответила:
— У меня найдется все!